Откуда происходит чувствительность нынешнего поколения, поразительно быстрая восприимчивость ко всевозможным заболеваниям, которых, по крайней мере отчасти, прежде не знали даже по имени?

Наверное, не один предложил бы мне этот вопрос. И мне самому он кажется вопросом особенной важности, и я спешу ответить, что все это громадное зло зависит преимущественно от недостаточной закаленности. Изнежен­ность современного поколения достигла высокой степени. Тщедушные, слабые люди, малокровные, нервные, с порока­ми сердца и страдающие желудком больные составляют почти правило, а здоровые и крепкие являются исключени­ем. Мы очень чувствительны ко всякой перемене погоды; смена времен года не проходит без насморка и кашля; даже слишком быстрое возвращение с холодной улицы в теплую комнату не остается безнаказанным и т, д. А 50, 60 лет тому назад было совсем иначе! К чему же мы придем, если, как повсюду раздаются жалобы здраво­мыслящих людей, человеческая жизнь и человеческие силы падают столь поразительно быстро, если уже появ­ляется хилость, когда еще не наступила настоящая жизнь? Пора, наконец, обратить на это внимание, пора прийти в себя!

Небольшим пособием в такой крайности могут служить немногие невинные и безопасные средства, которые я присоединяю к водолечению, чтобы закалить кожу, все тело и отдельные его части.

Эти средства были уже испытаны огромным коли­чеством лиц из всех сословий, некоторыми сначала с не­доверчивой улыбкой, а впоследствии с одобрением и видимым успехом. Vivant Sequentes!

Не меньшее внимание, чем на закаленность, следовало бы обратить и на пищу, одежду и воздух. Но об этом в другой раз. Я знаю, мои взгляды встретят сильное сопротивление. Тем не менее я держусь их твердо, по тому что они выработаны долголетним опытом. Это не грибы, выросшие в одну ночь, а благородные плоды, ка­жущиеся Жесткими и незрелыми для предубежденных, но вкусные и питательные для здорового ума. Относительно питания главное мое правило: сухая, простая, питательная пища, не приправленная искус­ственно и не испорченная острыми пряностями, и чистый напиток, находящийся в любом Божьем источнике, то и другое в умеренном количестве — самое лучшее и полез­ное для человеческого организма.

В одежде я придерживаюсь старины: сам соткал, сам и сшил, вот наилучший деревенский наряд*. Я против странной неравномерности, неодинакового распределения одежды, что особенно зимой причиняет огромный вред здоровью. На голове меховая шапка; на шее твердый галстук, а сверху еще аршинный шерстяной шарф; пле­чи покрыты трижды или даже четырежды, а если выходишь на улицу, то еще надеваешь шубу; только ноги одни, бедные, заброшенные ноги, покрыты, как и летом, одними чулками или носками и ботинками или сапогами. Какие же последствия такого неразумного распределения? Верх­няя одежда, как насос воду, тянет кровь и теплоту в верхний этаж, а нижние части тела беднеют кровью и стынут; отсюда головная боль, приливы крови, расширение крове­носных сосудов головы и множество других недомоганий. Затем я против шерстяного белья и за белье, приготов­ленное из чистого, сухого и крепкого льна. Для меня это самая лучшая одежда: она не изнеживает кожи. Шерсть на голом теле, по моему мнению, отнимает у него тепло и влажность; это тоже одна из причин, вызывающих страшно возрастающее малокровие нашего слабого, жал­кого поколения.

Перехожу к проветриванию. Мы предпочитаем рыбу, водящуюся в ключевых водах, особенно горную форель. Речная рыба уже не так вкусна; наконец, рыба, живущая в стоячих водах, обладает отвратительным вкусом. Су­ществует также и испорченный воздух, подобный стоячей болотной воде. Кто его вдыхает, тот отравляет свои легкие дуновением чумы. «Воздух, вдыхаемый в третий раз,— го­ворит один знаменитый врач,— действует подобно яду». Да, если бы люди понимали это и пользовались в своих покоях, особенно же в спальнях, всегда чистым, свежим, богатым кислородом воздухом, они избежали бы множества недомоганий и болезней! Мы знаем, что одно-два зернышка сожженного ладана наполняют благовонием целую комна­ту. Мы знаем также, что 15—20 сигарных затяжек дос­таточно, чтобы отравить табачным чадом огромное пространство. Самого ничтожного количества посторон­него вещества часто бывает довольно, чтобы испортить чистый воздух, сообщив ему приятный или неприятный запах. И разве дыхание не подобно такому дыму?

А сколько вдыханий и выдыханий производим мы в минуту, в час, за день, за ночь!

Насколько же должен испортиться воздух, хотя мы и не видим дыма от дыхания, как видим сигарный дым?! Если я не буду проветривать, т.е. обновлять эту испорченную, насыщенную углекислотой атмосферу, то сколько вредоносных миазмов устремятся в мои легкие! Во всяком случае последствия должны быть вредны.

Так же вредно, как дыхание, действует на чистый, здоровый воздух и слишком высокая температура, особенно в комнатах. Уменьшая количество кислорода, необходимого для жизни, высокая температура портит воздух и делает его вредным для дыхания. 15-18 С совершенно достаточны, выше 18 никогда не следует переходить.

Итак, о проветривании всех комнат, и особенно спален, необходимо заботиться каждому, делать это нужно неустан­но и последовательно каждый день. Это ни для кого не обременительно и полезно для общего здоровья. Особенно следует заботиться о проветривании постелей.

Сказанного здесь достаточно, чтобы дать понятие о содержании моей книги. Примут ее или не примут - в обоих случаях я буду доволен.